Степь была тихой. Ничто не беспокоило ее. Даже мимолетный ветерок стихал в страхе, что ворвался без спроса в чужие покои. Замолкла сухая трава, онемели засохшие барханы, уснуло перекати-поле. Всё словно замерло в ожидании.

Вдруг с ветки резко сорвалась орлица. Резко взмыла в бескрайнее синее небо. Так бывает, когда уставшая душа собирает последние силы и одним рывком устремляется к чему-то важному.

Под орлицей распласталась родная степь, хорошо было видно каждый выгоревший куст, далеко внизу оставалось облюбованное дерево. Все такое привычное и такое близкое. Возврата больше не будет.

Все выше и выше. Сердечко в груди стучало так, словно вырвется, не выдержав боли.

Еще немного. Расправив крылья, птица зависла в ясном небе, в последний раз запечатлеть степные просторы и отдаться потокам теплого воздуха. Еще одно мгновение.

Пора!

Орлица собралась всем телом, сложила крылья, устремила взгляд и сиганула вниз. Не было больше метаний, сердце больше не колотилось в тревоге — замерло. Земля приближалась быстро. Непреклонно.

Еще чуть-чуть и разобьется. Она знала, она к этому шла.
Еще чуть-чуть и конец всему: небу, горизонтам, свободе. Говорят, это совсем не больно.
Еще чуть-чуть и случится. Ударил жар земли. Она прикрыла глаза.
Умереть, чтобы возродиться. Резко, неминуемо, стремительно и вот...

в его руки доверчиво опустилась белая голубка.

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить