Когда-то Дикая женщина любила вязать. Бывало откроет шкаф, достанет клубок и сядет плести поддержку, участие, теплоту. Серую пряжу выбирала для сомнений, терракотовую — для амбиций. Свитера расходились средь друзей и случайных прохожих как горячие пирожки. Одному свяжет, уже другому обновлять. Клубки весело скакали в корзинке под щелканье спиц.

Но однажды осенний вечер затянулся. Вязальщица не заметила, как зацепила нить размышлений и вплела в работу переживания. Узор вышел слишком рыхлым. Уязвимым.
«Кому ж такое подаришь?!» — она вертела в руках полотно и никак не могла понять: где зад, где перед. Молча обрезала нить и примерила свитер. Тот оказался впору.

Удивилась Дикая женщина историям, что полились, очищая душу. Слова доверяли миру чаяния, тревоги, надежды. Брали за руку и вели сквозь страхи. У рассказчицы совсем не осталось времени на вязание.

Несколько лет я сбегала в рукоделие от неустроенной жизни. Училась мечтать, вывязывая ажуры. Но долго ли можно прятаться от самой себя? Много ли жизни по ту сторону нити?
Остановилась. Задумалась. Открылась. Клубки с тех пор пылятся в кладовке, буквы стали лекарством для души.

А кое-кто до сих пор донашивает старые свитера. Вытянутые, с потертостями. Обновлять их некому.

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить