«Я не знаю, что я думаю, пока не напишу об этом».
Джоан Дидион

Раскрытие творческих способностей для меня подобно волшебству. Стеллаж наполнен книгами Дж.Кэмерон и Б.Шер. А рядом стопка из таких же, еще не прочитанных.

Ну разве могла я пройти мимо Э.Гилберт, которую люблю всей душой после «Есть, молиться, любить»?
Неа! Это было нереально. Сразу же жадно захапала «Большое творчество» и, подозрительно озираясь (не отобрал бы кто последний экземпляр), рванула к кассе.

И знаете, нисколько не жалею.

Элизабет осталась верна себе: искренне, с неподражаемым чувством юмора рассказала о, казалось бы, серьезных творческих муках и сомнениях.
Слушаешь и на душе становится легко-легко, а переливчатая Идея вдруг доверчиво садится на плечо. Вот она! Бери, взращивай и дари миру.

Мой Внутренний Ребенок просто влюбился в главу о природе Идей.

«Идеи — это бестелесная, энергетическая форма жизни. Они совершенно независимы от нас, но могут общаться с нами, хоть и довольно странно. У идей нет материального тела, но есть сознание. Движет ими одно стремление: быть воплощенными».

«Когда идее кажется, что она нашла кого-то подходящего, кто мог бы воплотить ее в реальность - скажем вас, — идея вас посещает».

«Идея не оставит вас в покое, пока целиком не завладеет вашим вниманием. А потом, в одним прекрасный момент, она спросит: „Хочешь работать со мной?“ И у вас будет два варианта ответа».

А вот Внутренний Родитель проникся главой о том, что творчество не обязано меня обеспечивать. Оно, вообще, никому ничего не обязано.

В современной истерии сделать вдохновение доходом, меня всегда угнетала некая обязаловка. От вдохновения стали требовать очень многого, и все меньше стали ему отдаваться.
Стоит только представить, что однажды придется писать о каком-то бетоне, таблетках или женских причудах, как становится страшно. Нельзя обуздать буквы. И я по-прежнему каждый день хожу в офис, чтобы резвиться с творчеством по вечерам и выходным, ездить с ним в отпуск.

«Еще я обещала, что никогда не буду требовать от своих литературных занятий, чтобы они обеспечивали меня финансово. Наоборот, это я всегда буду о них заботиться — и в случае необходимости всегда смогу прокормить нас обоих, так или иначе».

«Повышать голос на свое творческое начало и заявлять: „Ты должно зарабатывать мне деньги!“ — все равно, что кричать на кошку. Она не поймет, о чем вы говорите, и вы только отпугнете ее, потому что кошке не нравятся такие громкие звуки и злобно перекошенные физиономии».

А раз уж зашел разговор об отношениях и отношениях зрелых, становится ясно: Творчество — скорее равноценный партнер, чем мужчина-спонсор. С ним все начинается по любви и «штамп в паспорте» не должен ничего менять.

«Вы любите свое дело?» — спрашиваю.
Конечно же все любят. Странный вопрос.
Тогда я задаю следующий: «Как вы думаете, а ваше дело вас любит в ответ?»

И еще немного полюбившихся цитат:

«Я знаю, что состою не только из эго, у меня есть еще и душа. И — то я тоже знаю — душа всегда жаждет одного: чуда. А так как творческая жизнь для меня — самый верный путь к чуду, я ищу спасение в ней, и она питает мою душу и усмиряет голодного призрака, спасая таким образом меня от опаснейшего проявления меня же самой».

«Творческий склад ума — это что-то вроде овчарки дома: с ней нужно много работать, если не хотите, чтобы она натворила бед. Занимайте свой ум, давайте ему работу, а не то он начнет сам себя загружать, и вам может не понравиться, чем он займется (сгрызет диван, пророет дыру в паркете в гостиной, укусит почтальона и тому подобное). У меня годы ушли на то, чтобы разобраться, зато теперь я знаю точно: если я не создаю что-то активно, то скорее всего, активно что-то разрушаю (себя отношения, собственный душевный покой)».

«... как ни крути, творческое начало — это подарок для творца, а не только для его публики».

Ну и последнее, что попросила Э.Гилберт:

«Если творческая жизнь кажется вам слишком трудной и неблагодарной, вы вольны выйти из игры в любой момент.
Но только честно: вы правда этого хотите?
Потому что подумайте: а что тогда?»